Mamochki.by

Учитель Хрюши

Учитель Хрюши
Лука пока не ходит в детский сад. И чем позже это случится, тем лучше. Конечно, есть дети, которые уже в три года к садику готовы, но, как правило, малыши в этой жесткой системе «ломаются». Поэтому мы решили немножко «законсервировать» Луку в домашних условиях. Вообще-то я планирую отправить его в сад в следующем году, но если сыну там не понравится — настаивать не буду. Мне хочется, чтобы он как можно дольше побыл «единственным и неповторимым мальчиком», а не еще одним ребенком в группе. Лука занимается карате, а по выходным ходит в Воскресную школу. Там дети проходят Закон Божий, читают Библию, учат молитвы, занимаются лепкой, аппликацией и пением. Ему поначалу было непросто «войти в состояние ученика», усидеть на одном месте в течение урока и смириться с тем, что педагога надо слушаться беспрекословно. Но постепенно он привык. Недавно Лука стал задавать мне вопросы о том, что такое любовь, Бог, грех. Очень ему любопытно: что будет, если не признаешься в плохом поступке? Кроме того, я вижу, как он меняется. Например, он стал очень чутко реагировать на мое состояние. Тут недавно я сидела на диване и пожаловалась, что у меня спина болит. «Мамочка, — сказал сын, — а давай я помолюсь — и все пройдет». Еще он просил у Бога, чтобы выздоровела няня. Мы сами стараемся соблюдать православные традиции, и мне нравится, что они становятся естественной частью бытия Луки. Лука очень живой ребенок, но непослушным я бы его не назвала. Он просто требует к себе повышенного внимания, и обычные правила общения с детьми с ним не срабатывают. Сын заставляет нас, взрослых, постоянно изобретать новые способы коммуникации с ним. Например, они с няней занимаются математикой. Сначала ему было интересно, а потом надоело, и нам пришлось придумывать поощрительную систему наклеек-«пятерочек». Со временем и она ему наскучила, и тогда мы купили Хрюшу, которого Лука сам обучал цифрам и алфавиту. Когда Валера (муж Тутты) появился в моей жизни, Лука дико ревновал. Он говорил Валере: «Маму любить нельзя!» — а мне предлагал отнести дядю на помойку. Два года будущему мужу пришлось приручать Луку, и я до сих пор не понимаю, откуда у него столько терпения и уважения к ребенку. Сын признавал его постепенно. Сначала рассказывал о нем ребятам как о папе, но дома обращался только по имени. А потом случилось так, что я работала двое суток подряд и они были дома вдвоем. Эти дни как будто что-то переключили в сыне, с тех пор он называет Валеру папой. У нас с Лукой похожи не только мимика, но и характеры. Вот две истории, отлично иллюстрирующие нашу «одинаковость». В детстве у меня была подруга Оля Минева — на голову выше меня и на год старше. Олька была тихая и спокойная девочка, а я — драчливая, поэтому ей постоянно от меня доставалось. Приходя к нам в гости, она обычно испуганно мялась около двери в мою комнату, а я выходила и снисходительно так говорила: «Заходи, Миневка, маленькая Танюшка не будет тебя сегодня обижать». Лука такого же друга — старше на год и выше на голову — встретил на даче. Мы снимаем гостевой дом, а есть еще основной — хозяйский, в котором и живет его миролюбивый приятель. И тут недавно я вижу, как Лука выходит на крыльцо и кричит на весь участок: «Петька, выходи, не больно будет играть!» По-моему, сразу понятно, что мы с Лукой близкие-близкие родственники. Недавно мы взяли собаку, и, к моему удивлению, Лукасик стал бешено ревновать. Когда он слышит, как мы говорим ей: «Ты моя хорошая», — немедленно спрашивает: «А я, что ли, не хороший?» Оказалось, он не готов мириться с тем, что родители могут любить кого-то, кроме него. Это крайне важный для нас опыт: мы с Валерой планируем второго ребенка, и это животное стало как бы тренажером грядущего события. Теперь мы примерно представляем, что нас ждет. Но в конце концов, принял же сын Валеру, значит, и с остальным все будет хорошо.

-->
-->