Mamochki.by

СИМейная идиллия

СИМейная идиллия
Когда мы начали жить вместе с мужем, я очень внимательно наблюдала за тем, как он относится к мое­му сыну Владиславу. Судила строго, но придраться бы­ло не к чему: довольно быстро стало ясно, что Женя — идеальный отец и я просто обязана родить ему ребенка. Появление Серафимы полностью перестроило наш быт: поменялся распорядок дня, уклад жизни и даже звуковой фон дома. О тишине сейчас приходится только мечтать! Даже когда ребенок спит, на кухне, как правило, жужжат миксер, пароварка или мясорубка.
Мы опасались, что известие о пополнении в семье огорчит Влада, которому тогда было 13 лет — в этом возрасте дети особенно ранимы и впечатлительны. К счастью, сын воспринял новость очень позитивно. Он сразу понял, что с появлением младенца мы наконец-то перестанем воспитывать его 24 часа в сутки. Был и еще один аспект: муж растил сына как родного, однако в каких-то вопросах у них возникали разногласия, и тот факт, что уму-разуму его учит неродной отец, очень мешал Владу воспринимать информацию. Я же разрывалась между «мальчиками», стараясь сгладить острые углы. В общем, получилось так, что дочка разрядила домашнюю атмосферу — сейчас у нас всех прекрасные отношения.
Я очень благодарна Жене за то, что все основные заботы о наследниках он взял на себя. Когда выяснилось, что зарплата няни равнозначна его окладу, он решил уволиться и полностью посвятить себя детям — сначала Владу, потом Симе. На мне — функция добытчика, и справляюсь я с ней именно благодаря тому, что муж обеспечил мне такой крепкий тыл.
У Симы с рождения замечательный характер: она никогда не плакала без причины и не требовала постоянного внимания — лежала спокойно в кроватке и рассматривала мир. Теперь, став старше, она проявляет к нам, взрослым, удивительное милосердие и относится к маме, папе и брату даже как-то «по-матерински».
Когда я вечером возвращаюсь домой, дочка бежит ко мне, чтобы подать тапочки или взять цветы и расставить их в вазы. А после ужина сама, без понуканий, собирает посуду и относит в раковину. Такое поведение — заслуга мужа: он у нас жуткий аккуратист, поэтому ребенок приучен к порядку буквально с пеленок.
Сима настолько избалована нашим обожанием, что в будущем ее ухажерам придется непросто. Она уже привыкла быть для нас и солнцем, и небом, и кислородом — подозреваю, что и с мужчинами дочка будет вести себя соответствующим образом. Благодаря нашей любви Сима совершенно не боится кому-нибудь «не понравиться». Она обожает быть в центре внимания,
с удовольствием «выступает» перед гостями и участвует в детских утрен­ни­ках. Я все чаще думаю, что дочь, как и сын, пойдет по моим стопам и выберет актерскую профессию.
Спокойный деревенский ритм значительно полезнее суеты мегаполиса, поэтому каждый год минимум на полтора месяца мы уезжаем с палатками на Волгу. Там — в гостях у друзей — Сима кормит домашних птиц, кроликов и другую живность, ходит с нами на рыбалку и за грибами. Ей все это очень нравится. А вот попытки приобщить к деревенским радостям сына провалились — он убежденный городской житель и категорически отказывается ездить с нами.
Вопрос, нужен ли ребенку детский сад, даже не поднимался: и у меня, и у сына с этим учреждением связаны самые мрачные воспоминания. К школе Симу может подготовить и приходящий педагог, а разнообразные кружки вполне восполнят дефицит общения со сверстниками. Серафима занимается рисованием (учитель утверждает, что у нее прекрасные способности), ходит в музыкальную школу и повсюду легко обзаводится приятелями. Правда, дочка не устает преподносить нам сюрпризы — например, в бассейне ее лучшими подружками неожиданно стали «девочки от 40 до 80 лет». С ними, как выяснилось, ей значительно интереснее, чем с ровесницами.    

-->
-->