В Беларуси каждая шестая семейная пара бесплодна
Опубликовано:
Направляюсь в корпус № 9 центра, где находятся кабинеты планирования семьи и вспомогательных репродуктивных технологий. В коридоре ждут приема специалистов несколько семейных пар. Одним на вид лет 25-30, другим - значительно больше. В руках у них бланки с анализами, записные книжки, амбулаторные карты. У каждого свои проблемы, но мечта одна на всех - иметь детей.
В отделение планирования семьи и ВРТ обращаются как семейные пары, так и отдельно женщины и мужчины. Кто-то бесплоден, а у кого-то уже в 18-летнем возрасте обнаружены гормональные нарушения. Удивительно, но сюда приходят и женщины пенсионного возраста, которые желают… иметь ребенка. Но, увы, против природы не пойдешь: в климактерическом возрасте невозможно забеременеть.
- Каждая шестая пара в Беларуси бесплодна. Самой частой причиной того, что в семье не рождаются дети, - женское или мужское бесплодие, - рассказывает Алла Камлюк, врач-акушер-гинеколог высшей квалификационной категории, заведующая отделением планирования семьи и ВРТ. - Чтобы понять, имеете ли вы возможность к деторождению, не нужно больших усилий. Женщина должна узнать, есть ли у нее овуляция - созревание яйцеклеток. Сделать это можно с помощью обычного теста на беременность или у специалиста в женской консультации. Мужчине необходимо обратиться к урологу или специалисту по мужскому бесплодию, чтобы проверить свою фертильность - показатель спермограммы.
В центре репродуктивной медицины ежегодно проводится около 400 оплодотворений. Чаще к медикаментозному и хирургическому лечению прибегают женщины 25-35 лет, к методу ЭКО - чуть постарше, вплоть до 55-60 лет. Ведь метод экстракорпорального оплодотворения - это крайняя мера, к которой можно прибегать при бесплодии.
Часто говорят, что бесплодием страдают только женщины, но это не так. Соотношение мужского и женского - пятьдесят на пятьдесят. Так как же его лечить?
- Если вы все-таки бесплодны, не надо прибегать к крайней мере - ЭКО. При консультировании супружеских пар по итогам анализов специалист может назначить медикаментозное лечение или хирургическое вмешательство, если оно необходимо. Эти методы часто устраняют причины бесплодия, и супруги могут зачать ребенка естественным путем, - рассказывает Алла Мечиславовна.
Что касается вопроса экстракорпорального оплодотворения, или ЭКО, то он довольно сложный и долгосрочный. Не стоит надеяться, что вы придете, сделаете пересадку эмбриона, и через 9 месяцев у вас появится малыш. С того момента, как женщина приходит на первый прием к врачу, до появления и развития эмбриона проходит около двух лет. Успешно приживается и развивается эмбрион только в 38 процентах случаев (в российских центрах этот показатель также не выше 40 процентов, хотя они работают с 90-х гг.). Обычно женщины хотят перенести 2-3 эмбриона, чтобы один наверняка прижился. Так, в год рождается 4-5 тройняшек, 20 процентов двойняшек.
Спрашиваю у Аллы Мечиславовны, почему она ни разу не употребила в беседе выражение “искусственное оплодотворение”, которое мы слышим чаще, чем “метод экстракорпорального оплодотворения”?
- Метод ЭКО - это имитация естественного оплодотворения, ведь происходит слияние яйцеклетки и сперматозоида. Как и в обычной среде, только не физиологическим способом, - рассказывает врач. - Если первая попытка метода ЭКО заканчивается безуспешно, можно попробовать еще несколько раз. Тогда специалисты смогут назначить лечение, опираясь на предыдущий раз.
Комментарий в тему
Евгений Свидерский, священник Минского Свято-Духова кафедрального собора:
- ЭКО несет неестественное зачатие, и в этом есть маловерие. Церковь против таких методов. Те, кто пользуется таким способом, отчаялись, забыли о Боге, о его добрых делах, перестали истинно верить и молиться. Это как построить Вавилон - он все равно разрушится. Необходимо молиться, совершать добрые дела, поститься, ходить в церковь. Если беременность не наступает, можно взять ребенка на воспитание. Это богоугодно. И верьте в то, что Бог может сделать вашу мечту реальной, дав вам ребенка даже в 40-50 лет как благословение свыше.
Ольга Родобольская, “Рэспубліка”