Отец хотел отказаться от сына и привел его на ДНК-тест. В итоге мальчика забрала к себе директор клиники
Опубликовано:
Даниле из Омска 10 лет, и он мог быть детдомовцем, если бы не стечение обстоятельств. Сначала сотрудники опеки забрали мальчика от матери — голодного и заброшенного — и хотели отдать отцу. Но тот не спешил признавать родство и привел ребенка на ДНК-тест, чтобы окончательно от сына отказаться. В этот момент Данилу заметила директор клиники: она не смогла пройти мимо мальчугана, который оказался никому не нужен. Трогательную историю рассказал портал Правмир.ру.
Елена Астафурова — успешная женщина, директор частной клиники, мать уже взрослых детей. Вместе с супругом они построили дом, посадили сад, словом, жизненную программу выполнили. Елена не думала о том, что хочет усыновить ребенка, она собиралась развиваться профессионально, но встреча с Данилой все планы смешала.
Это был обычный рабочий день, вспоминает Елена. Она заглянула в кабинет, где выполняют тесты на ДНК и увидела клиентов клиники: хорошо одетого мужчину, а рядом — худенького большеглазого мальчугана. Цель визита Елену не удивила, но когда мужчина брезгливо потянул паренька за одежду, у нее от жалости сжалось сердце.
Образ робкого и несчастного Данилы не выходил у Елены из головы. Позже она выяснит, что мальчика в 8 лет забрали от матери из полупустого деревенского дома, где даже батареи продали. С тех пор ребенок скитался по приютам, его статус не определен, поскольку сотрудники опеки пытались уговорить отца признать Данилу и забрать к себе. Но шансов на это почти не было.
Читайте также: «Папой мог быть и дядя, и дедушка». Судебный эксперт о тесте «на отцовство» и семейных драмах
Елена мимоходом представила, как Данила идет по двору ее дома, в школу. И подумала: «А почему бы и нет? Дом же у нас большой». Эту мысль она вынашивала ровно 9 месяцев (столько длился суд о лишении прав родителей Данилы). Пыталась разговаривать с отцом мальчугана, но быстро поняла, что сын ему не нужен. Пришло осознание: надо решаться.
Муж и дети Елену поддержали. Когда ей разрешили встретиться с Данилой, она поняла, что эта любовь — одна навсегда**.**
— Я мужа вперед выпихнула: давай, смотри. Они с Данилой сели рядом на стульчики, и тут до меня дошло: похожи, как родные отец с сыном!
Елена с мужем оформили временную опеку. Но не успели порадоваться событию, как возникла новая проблема: у Данилы обнаружили туберкулез — как и у его матери. Опекунам об этом не сообщали. Как выяснилось, мальчик был в стойкой ремиссии, но потом наступило обострение. Врачи сказали, что лечиться в диспансере придется несколько месяцев. Данила был в отчаянии: “Когда отдавали его в больницу, зарыдал: только все обрел и сразу потерял. За что?”.
Болезнь Данилы и разлука не охладили порыв приемный родителей. Они очень привязались к мальчику за то время, пока мотались в больницу с гостинцами, вытягивали из болезни, забирали домой по выходным. Когда пришло время продлевать опеку, супруги не раздумывали: просто поехали и оформили постоянную.
Данила поселился в доме, и Елена поняла, как много ему пришлось выстрадать. Мальчуган боялся спать на застеленной кровати, «чтобы не испортить красоту»; закрывал голову, словно от удара, когда Елена подходила ночью поправить одеяло; а самой вкусной едой для него поначалу был хлеб с майонезом.
— Главный талант Данилы — любовь к миру, тем более когда его немного узнал, — говорит Елена. — Он не озлобился, хотя не забыл. Первое время даже слово «мама» не употреблял. Потом начали проскакивать между делом, вероятно, лучшие воспоминания: по голове гладила, пирожки пекла с морковкой. Мы не бередим рану, просто тоже между делом внушаем: мама подарила тебе жизнь — спасибо ей. Я не могу ее судить.
В сентябре Данила пошел в пятый класс. Сказать, что он — хороший ученик, пока нельзя. Но если учесть, что в 10 лет мальчик даже толком не умел читать, то его результаты все равно дорогого стоят. А самое главное — Данила начал переживать из-за учебы, однажды расплакался над нерешенной задачей, и Елена этому даже порадовалась. Сама приемная мама планы по поводу карьер отодвинула на задний план, из-за чего абсолютно не переживает. Она признается, что очень счастлива: приготовить обед повкуснее, выгладить рубашку в школу, поговорить с Данилой и близкими — теперь для нее в этом смысл жизни.