Андрей Вишняков – практикующий психолог, психотерапевт, написал цикл статей о влиянии физического воспитания на ребенка. Более того, будучи ребенком, сам подвергался избиениям со стороны матери. Ребенок.BY уже рассказывал об этом.
Что испытывает девочка, которую с помощью ремня воспитывает папа? Этот текст о чувствах, способах защиты и о том, что ничто не проходит бесследно
Представим, что отец физически или морально, через вербальную агрессию давит на девочку, как он считает, «воспитывает».
Как и любое живое существо при нападении и причинении боли девочке не останется выбора, как пытаться себя отстоять, защититься. Животные кусаются, царапаются, а если не получается, то убегают. Вернее, сразу убегают, а если не смогли, то дерутся.
Спасаемся бегством…к маме.
Какие возможности у девочки убежать из семьи? Убежать от «воспитателя» отца, хватающегося за ремень?
Куда бежать? К матери.
А что скажет мать? Что мать сделает?
Вот тут и варианты, по которым пойдет травматическое развитие. Защитит, отвернется, возьмет ребенка и уйдет из дома, отругает девочку, поплачет и призовет потерпеть. С клиентом обычно это и разбирается, потому что это все оставляет след в психике. Особенно если ситуация повторялась многократно.
Какое здоровое поведение матери?
Убери ремень! Не смей бить ребенка!.
Это в случае, если муж трезвый.
И схватить детей и выбежать, если муж пьяный и агрессивный. Ничуть не лучше, если на глазах детей отец будет бить их мать.
Что дальше? Разговор жены с мужем.
Без детей! О том, что если он ещё раз попробует ударить, она разведется, и общаться с детьми он будет только по решению суда в безопасной для них обстановке.
Страшно потерять мужа? А представьте, как страшно детям терять любимого отца, когда тот превращается в «демона воспитания»? Если не вы их защитите, то кто?
Такой вариант возможен, если мать сама не считает физическую силу нормальным воспитанием. И если есть, конечно, куда пойти. Бывает, что нужно время и ресурсы, чтобы уйти.
Сожалейте и просите у него прощения за то, что, как мать, не можете дать ему безопасность. Физическую. Ведь это его тело и никто не имеет права делать ему больно. Даже в целях воспитания.
Почему для девочек так травматично насилие отца?
Воспитание ремнём — это физическое насилие, поскольку нарушает физическую целостность кожи и мягких тканей ребенка. Даже просто демонстрация ремня является насилием, ведь в голове ребенок достроит картинку ужаса. Страх превратит отца в монстра, а себя в жертву. «Послушание» будет именно из-за страха, а не из-за понимания ситуации. Это дрессировка!
Папа для маленькой девочки практически «Бог». Сильный, всё решающий и умеющий. Способный горы свернуть. Он гарант безопасности и процветания. Он мужчина! Та самая надёжная спина и опора, о которой потом мечтают женщины.
15 кг девочки и 80 кг отца, сопоставьте размеры. Девочка опирается на папины руки, его руки закрывают почти всю ее спину. С такой опорой ничего в мире не страшно!
Кроме одного. Если эти руки берут ремень и бьют, если папа оскорбляет или открыто заявляет:
Не нарывайся, сейчас получишь, доиграешься!
Многие мои клиенты рассказывают, что им «хватало» даже просто крика отца и все тело парализовывало, и было страшно до одури.
Почему так? А потому, что твой «Бог» тебя и убивает. В этот момент весь мир рушится у девочки, ведь мир предает её. Мир — это страшное место и от разгневанного отца нет защиты.
Папа из защитника превращается в агрессора.
Смириться как способ защитить себя
Животные с агрессором борются. Как девочке бороться с отцом? Кусаться? Царапаться? Многие девочки пробуют, но чем это, скорее всего, закончится?
Ах, ты ещё царапаться? Ну ты нарвалась!
И тогда девочка понимает, что её защита ей же встала боком. Лучше уж не бороться, когда рядом кто-то сильнее и страшнее. Иии?
Вот она выросла, стала подростком. Сильный мужчина зажал ее в лифте, толкает в машину, придушил в переходе. Что ей присоветует детская память?
Сдайся, а то будет страшнее.
Действительно, есть ситуации, пистолет у виска, к примеру, где сдаться оправданно, но чаще есть и ногти, и зубы, и локти, и визг, и можно вырваться и сбежать. Скажем мы спасибо папе за воспитание ремнем и оплеухами?
Если мать не защитила, то у девочки, скорее всего, сложится вывод, что от агрессии мужчины нет защиты, что он может себя вести, как хочет и ему ничего за это не будет.
Из такой девочки получаются покорные жены, которых бьют уже мужья, и которые воспринимают это как норму. И как когда-то родная мать не унесла её от агрессора-отца, так и теперь она сама себя не уносит от агрессора мужа. Выдрессировалась.
Артемида, убивающая любовь
Но может сработать и другая реакция. Девочка не сломалась!
Собрала всю свою энергию, боль, волю в кулачок и дала себе обещание никогда не сдаваться, выдержать всё! Это позитивные умения для взрослых людей, сталкивающихся с реальным миром. А для ребенка?
нСобраться-то соберется, а расслабиться? А принять, что мир — безопасное место, а не место, где только выживают?
И вот тут девочка идет в накачивание роли женщины-воительницы, амазонки. Женщины, борющейся за справедливость, за права обиженных, защитницу других женщин, да и себя. Где надо и где не очень надо.
«Архетип Артемиды» в древнегреческой мифологии.
По мифу Артемида соревнуется с братом Аполлоном в точности стрельбы. На брошенный им вызов застрелить вдалеке лань, она стреляет и убивает… но не лань, а своего возлюбленного.
Символически, это означает, что девушка охвачена маскулинной энергией, «меряется силой» и убивает любовь.
Какие у такой женщины могут быть отношения с противоположным полом, если в детстве она приняла решение не сдаваться, быть всегда воином и ни в чем не уступать мужчинам? Она будет бороться со своим мужчиной за власть, за справедливость.
Никакого смирения в такой девушке не будет. Откуда ему взяться, если вокруг сплошная борьба. А без смирения как проходить запредельные ситуации: горе, потери, вызовы? На кого и на что опереться?
Семейная жизнь битых девочек
Но всё же, про девочек. Что важно девушке, женщине, жене в отношениях? Любовь, принятие, восхищенный взгляд мужчины. Она хочет быть королевой для своего короля. Вместе править царством их семьи.
Девочка же хочет быть принцессой для папы, хочет, чтобы папа ей восхищался, говорил, что она самая красивая, что она принцесса. И девочка влюбляется в папу, даже хочет выйти за него замуж.
Телесно-ориентированные психологи называют это «структура сексуальности». Речь идет про возраст в районе 3,5-5 лет.
Психоаналитики называют «комплексом Электры» — конкуренция девочки с мамой за право обладать папой. Девочка хочет, чтобы папа принадлежал ей, был её мужем. Ни о каком сексе тут речи не идёт, в этот период начинает формироваться половая идентичность, девочка яснее понимает, что она будущая женщина. Её тело начинает расцветать, девочка ну очень по-детски влюбляется и от этого периода зависит развитие и подростковой влюбленности, и способности любить зрело.
И вот этот «объект любви» вдруг превращается в монстра с ремнём, или даёт сильные затрещины, или угрожает, или орет.
Дочка для него не принцесса, а нарушитель порядков, преступница, которую нужно наказать. Но она продолжает любить этого монстра. И даже, если он не прав на все 100%, то из любви к нему, она может и не признать это.
Я плохая! —
скажет она себе, направляя на себя ту агрессию, которая должна бы была достичь папы.
Если любовь болезненна в детстве, человек будет встречаться с болезненной любовью и во взрослой жизни. Потому что иного не знает, либо чтобы «переиграть» и получить не болезненную, либо вообще будет избегать отношений, в которых есть любовь.
Каким может оказаться муж у той девочки, где отец бил и кричал?
Могут быть разные варианты. Два типовых сценария:
- Муж очень похож на отца, властный и агрессивный. Очень часто клиентки, которых папа воспитывал через силу, путают неуправляемую агрессию с настоящей мужской силой.
- Муж «ни рыба, ни мясо», чтобы пальцем не тронул. Последний вариант, по опыту моих клиенток, очень обманчив. Вроде и не агрессивный, но пассивная агрессия присутствует. Толком не зарабатывает, сидит дома, никуда не ходит, выпивает, подкалывает, обесценивает, ссорится с подругами и родителями. То есть наказывает, только не напрямую.
Моральное давление — такое же насилие
Папа зудит, ноет, поругивает, воспитывает часами – это не менее тяжелое насилие.
Ведь девочка превращается в заложника, а папа в террориста. Ей просто некуда идти, и она терпит и терпит. Многие клиентки восклицали:
Лучше бы ударил!
И в «тюрьме брака» от одной мысли о выяснении отношений, её уже будет тошнить. А конфликт накапливается, накапливается и семья, скорее всего, распадается.
Тема интимная
Ну и очень скользкая тема. Я не специалист в этом, поэтому кратко. Тема ну очень трудно прорабатываемая, особенно если психолог мужчина.
Ремень чаще всего куда попадает? По попе. По низу спины. Иногда особо «креативные» папы задирают кофту, спускают штанишки.
А у девочки период развития сексуальности. А если папины руки до этого массажик по спинке делали, а теперь по той же спинке бьют? Но руки те же, от того, кого девочка любит, и кто «воспитывает» из любви.
И как это может сомкнуться в развивающейся психике? Самые разные пристрастия в интимной жизни могут быть у такой девочки-женщины.
Я плохая! Я недостаточно хороша!
Сможет ли женщина с такой самооценкой претендовать на короля в отношениях? Может ли она быть уверена в себе? Имеет ли она право на ошибку, если папа так не доволен, что хватается за ремень?
Такая девочка, девушка, женщина будет доказывать всю свою жизнь папе, а потом и миру, что она достойна любви и принятия.
Что придётся ей пройти, чтобы сказать:
Я могу любить и быть любимой. Со мной все в порядке. Я достаточно хороша. Я женщина и достойна уважения?
Вы действительно верите в «воспитание» ремнем, шлепками, оплеухами, криком, бойкотами? А что является тогда целью такого воспитания? Вы уверены, что это приведёт девочку к счастью?
Я печалюсь. Потому что через меня, как психолога, прошли сотни мужчин, мамы которых были «воспитаны» ремнём и криками отцов, дедов, отчимов. Та агрессия, которая была адресована мужчине-родителю, выливается на сыновей.
В ход идут уже знакомые методы воспитания. И кто вырастает из таких мальчиков, знаете?
«Я старый солдат, и я не знаю слов любви». Патриархат, говорите?
Считаете ли вы допустимыми физические наказания?