— Знаес, мама, в автобусе не стулья стоят, а седлЫ! Мы едем и садимся на эти седлЫ!» — говорит мне Женя, когда мы едем с ним в автобусе.
— Сынок, не седлы, а сиденья, — поправляю я.
— Нет, мама! Ты не знаес, это все равно седлЫ такие!
— Знаес, мама! А у дяди Селеги (Сереги) дома есть курица! Она на ветке сидит. Я видел вцела (вчера)!
— Знаес, мама, у Селеги есть ружье. Оно настоящее. Купишь мне настоящее ружье?
— Знаес, мама, я когда вырасту бальсой… вооот такой (тут Женя наглядно демонстрирует мне и всему автобусу, каким он собирается вырасти). Мама! Купис мне милицейскую масыну и я буду ловить бандитов, как папа! Мама, купис?
Мы выходим из автобуса и неторопливо «плетемся» в школу за Сашей. У Жени прекрасное настроение и он уже не требует взять его на ручки. Он, по-моему, даже не замечает, что идет пешком
— Знаес, мама. У меня есть Давид и Богдан. Они мои дрУги! Они ко мне скола опять плиедут. Мама, а мы пойдем с ними в зоопарк?
— Знаес, мама… Дай я сто-та тебе на уска сказу!
Я наклоняюсь над Женей. Женя тихонько шепчет:
— Знаес, мама! К нам ноцью прихадила Баба Яга! Но я ее не боялся! У меня же есть писталет и науцьники!
— Ой, мама, знаес… сьто-та у меня апять где-та балит…
Мы останавливаемся среди дороги и ждем, когда у Жени «сто-та где-та» перестанет болеть. У Жени прекрасное настроение, поэтому он не просится на ручки. Он терпеливо ждет, когда все пройдет.
— Знаес, мама! Кагда я вырасту бальсой, как Саса (Саша), я тозе буду хадить в сколу. Мама! Купис мне люкзак бальсой?
За этот час, который мы добирались из Жениного сада в школу, я столько всего узнала! И про седлЫ, и про курицу в квартире у Сереги… Когда у Жени настроение на подъеме, рот у него не закрывается На обратном пути из школы Женя уже терроризирует Сашу этим «знаес!» Саша поддакивает ему, смеется и улыбается мне, как заговорщица
До вечера я еще сто раз услышу это восторженное «знаес, мама!»… Знаю, сынок,… все знаю…
Когда он уснет, я тоже скажу ему: «Знаешь, сынок,… я тебя очень люблю!»

А так мы возвращаемся из сада, когда у Жени нет настроения