Украинка Наталия Лелюх позиционирует себя как независимый врач акушер-гинеколог c 20-летним стажем. Она ведет популярный блог «Занимательная гинекология», в котором просит подписчиков обращаться к ней по-простому — «доктор Наташа». Немало времени на своих семинарах медик уделяет так называемым «коммерческим диагнозам», которые могут принести прибыль врачу или аптечному бизнесу.
— Это ситуации, когда женщине ставят не существующие в природе и в медицинском реестре состояния, либо когда у нее находят какую-то болезнь, которой на самом деле нет. И усердно лечат с помощью ненужных препаратов, неработающих лекарств и профилактических «витаминок» с «иммуностимуляторами». А польза от этого — только кошельку врача.
«Царапина на шейке» — это норма
Одним из самых типичных примеров коммерческого диагноза Наталья Лелюх называет эрозию шейки матки.
— Такого диагноза нет! Слово «эрозия» переводится с латыни как «царапина». Это видимая глазу врача граница на стыке двух нормальных эпителиев. Один — тоненький и имеет красный цвет, другой — потолще, и он плотный, белесоватый. В разные периоды жизни женщины эта граница может мигрировать по шейке матки. И если мы просто видим красный яркий эпителий, который удобно называть словом «царапина» — это не значит, что там есть патологические изменения. Это норма.
Диагнозом может быть «дисплазия», отмечает доктор. Это состояние, когда на шейке матки появляются измененные клетки. Необязательно раковые, но имеющие другую структуру. Такой диагноз устанавливается с помощью кольпоскопии (осмотра шейки в специальный микроскоп) и цитоморфологического исследования (мазок на цитологию или ПАП-тест). Эрозию, которая не является дисплазией, лечить не нужно.
— Что же мы видим в реальности? При диагнозе «эрозия» расписывается лечение с антибиотиками, иммуностимуляторами и специальными лечебными ванночками по 10 дней. Конечно, для этих ванночек нужно ходить в клинику. Конечно, это коммерчески выгодно и клинике, и доктору.
Кто зарабатывает на лечении «молочницы»?
Еще один пример коммерческого диагноза — так называемая «молочница», говорит доктор. Многие молодые девушки находят у себя это заболевание по симптомам. И спешат вылечиться благодаря разрекламированным лекарствам.
— Панацейные препараты от молочницы широко рекламируют с экранов телевизоров, в СМИ, аптеках, рекламных буклетах. И эти препараты из рекламы чаще всего не доктор на приеме назначает, а назначаем мы сами себе, подружка, мама, соседка или даже провизор. Моя мечта — к каждой рекламе лекарственных препаратов в телевизоре, в женских и не женских журналах, на плакатах в аптеке, при рекомендации провизорами добавить бирочку с информацией, что «любое лекарственное средство назначает врач после постановки окончательного диагноза и объяснения целей приема, особенностей и ожидаемых эффектов».
Но реклама рекламой, а ведь сегодня часто бывает, что и к врачу пошла, а там диагноз «молочница» поставили. Наталья Лелюх называет его спорным с точки зрения международных классификаций.
— В каком учебнике по гинекологии написано про молочницу? Только у официальных диагнозов есть официально запротоколированное лечение, а все остальное — это индивидуальные фантазии на парамедицинские и гастрономические темы. Основной диагноз, который может поставить доктор, если у женщины зудит, печет, жжется, щиплет, при этом невозможно жить половой жизнью, разнообразные по характеру (цвету, запаху) выделения и даже дискомфорт при мочеиспускании, — это острый вульвовагинит. То есть воспаление слизистой влагалища и вульвы (вульва — это слизистая снаружи на половых органах). А вот чем вызвано это воспаление, на этот вопрос ответит лаборатория.
Возбудители могут быть разными (кандида, кокки, кишечная флора и т.д.), также воспаление может быть следствием аллергической реакции — на смазку презерватива, на белье, прокладку или тампон. От этого зависит стратегия лечения.
Мико- или уреаплазму не всегда надо лечить
Женщине стоит быть информированной, чтобы уметь задавать вопросы и принимать самостоятельные, умные решения, подчеркивает доктор Наташа. Также она рекомендует искать врача, который к вашему здравому смыслу добавит свой клинический опыт и знание доказательных норм. И очень важно перед походом к врачу четко формулировать цель визита. Иначе не исключен вариант, что вас будут лечить от всего подряд, например, от уреаплазмы. Это, кстати, еще один удобный коммерческий диагноз.
— Возьмем собирательный образ молодой прекрасной женщины, у которой не получается забеременеть. Женщина у нас правильная, она идет на прием к врачу и говорит: «Доктор, не могу забеременеть, помогите!». Доктор, глубокомысленно в ответ: «А вы давно были на осмотре?». Женщина: «Год назад, как решили с мужем прекратить предохраняться, по результатам осмотра все было хорошо».
Доктор разумно предлагает осмотр. Научно обоснованно берет классические анализы (мазок и цитологию), смотрит в окуляр кольпоскопа на шейку, делает УЗИ. Зачем при жалобе на отсутствие беременности доктор берет анализ на мико-уреаплазму (ПЦР), я не знаю. Но берет! И находит искомое (не мудрено, методика поиска дает почти 100% положительный результат). И… начинает лечить эти самые мико-уреаплазмы. Но надо понимать, что это условно-патогенные микроорганизмы, которые в норме прекрасно сосуществуют с влагалищной микрофлорой женщины, не причиняя ей никакого вреда. Многие дамы годами живут с гарднереллами и уреаплазмами и при этом хорошо себя чувствуют.
В нашей ситуации о том, что девушка пришла беременеть, все благополучно забывают. Потому что после лечения еще долго будем восстанавливать микрофлору. Или терапевтировать «молочницу». Уговаривать лечиться партнера (мужа), потому что «без этого как будто никак нельзя!». Поэтому вопрос с беременностью откладывается на неопределенное время.
Вывод: пишите цель посещения врача на бумаге, повторите три раза, и если не получилось донести ее до врача, то ищите другого врача. Женское здоровье — вещь хрупкая, поэтому задавать вопросы гинекологу нужно в большом количестве.
Я убеждена, что женщина обязана принимать решения, которые касаются ее здоровья. Если она недееспособна, то назначается ответственное лицо с правом подписи для того, чтобы обе стороны процесса несли ответственность за свои решения. Самое сложное в нашей работе: врачу заслужить доверие, а пациенту — довериться врачу. Протокол всегда обезличен, тогда как доктор и пациент — это индивидуальности.
