Для любой женщины поход к гинекологу — то ещё испытание. А если врач к тому же оказывается мужчиной, многие предпочли бы «срочно выздороветь» перед кабинетом, нежели попасть к нему на прием. О том, почему представители сильного пола выбирают профессию гинеколога и как это сказывается в личной жизни, мы поговорили с акушером-гинекологом 1-й городской больницы Минска Дмитрием Трофимчиком.
«Роды — фантастический процесс. Кесарево сечение — очень красивая операция!»
Дмитрий Трофимчик в гинекологии почти 15 лет, пришёл в эту сферу осознанно после того, как побывал на ночном дежурстве в родильном зале.
— Меня поразили возвышенная обстановка вокруг, красивые рассуждения женщин-гинекологов и, конечно же, сами роды показались фантастическим процессом! Финальным аккордом в выборе специализации стало кесарево сечение. Это очень красивая операция, быстрая и аккуратная. Всего 20-40 минут. Вот тогда, во время кесарева, четко сформировалась мысль: «Этим я хочу заниматься!»
Так, на 6-м курсе, Дмитрий попал в профессию (до этого все учились на врачей общей практики). И был единственным мужчиной из 28 студентов-гинекологов.
– Акушерство и гинекология считается престижным направлением, сюда отбирают лучших, с высокими баллами. И ни разу никакого сомнения по поводу выбора профессии я не испытал. Если бы всё вернуть назад, я бы ничего не менял.
Подруги донимают жену вопросом: «Как это… с гинекологом?».
Интересно, что будущая жена изначально не поверила, что её избранник — женский врач. В компании друзей его часто называли «гинекологом», и она считала, что это прозвище, пока однажды Дмитрий не пошёл работать в женскую консультацию.
— Теперь её донимают подруги вопросом: «Как это … с гинекологом?». До сих пор спрашивают. Забавно, что такой вопрос ей задавала даже моя коллега-гинеколог!
Несмотря на такой повышенный интерес, жена даже ночные телефонные звонки от пациенток воспринимает спокойно.
— А как иначе, когда у мужа в телефоне только Тань 40, а говорить с женщинами необходимо доверительно и обходительно, ─ смеется Дмитрий.
«Дочки знают, откуда берутся дети!»
Доверительные отношения сложились у Дмитрия и с дочерьми. В свои 9 и 10 лет девочки прошли краткий курс «школы сексуального воспитания».
— Они уже знают точно, как появляются дети, и понимают весь процесс. Ни про капусту, ни про аистов мы не рассказывали. У детей складывается естественное восприятие мира. Это особенность детей медиков.
А вот взрослые пациентки иногда при виде гинеколога-мужчины всё же тушуются. Тогда доктор старается снять напряжённость обстановки и пошутить.
— Например, чтобы сгладить момент поднятия на кресло, говорю: «Ныряйте, пожалуйста!» Это помогает разрядить обстановку. Никогда не говорю: «Залазьте!»
«Белоруски стали больше следить за женским здоровьем!»
Дмитрий уверяет, что никто ни разу не акцентировал внимание на его поле. Его рабочий календарь всегда расписан под завязку.
— Белоруски стали больше следить за женским здоровьем. Всё чаще люди приезжают специально из районов, чтобы получить второе мнение по своему вопросу.
Сам доктор уверяет, что для него все равны: на приёме у него не женщины, а ─ пациенты. Поэтому мужского интереса они не вызывают. Со своей стороны и пациентки тоже никогда не позволяли себе заигрываний.
— Специально я ничего не делаю, чтобы абстрагироваться, всё происходит само собой. Звучит, возможно, не лучшим образом, но в кабинете женщина — не объект, как женщина, а объект истории болезни, объект исследования. Я сам себя ловил на мысли, что даже очень красивых женщин, про которых многие бы мужчины подумали, что с ней стоит «замутить», не замечаю совсем. Наверное, это глубоко профессиональное.
«Для мусульманок вызывали женщину-врача!»
К слову, некоторые пациентки уверяют, что специально выбирают гинеколога — мужчину, потому что такой специалист намного нежнее и деликатнее.
— Это вывод только самих пациенток. В профессиональном сообществе гинекологов не принято делить специалистов на мужчин и женщин. Есть же медицинская этика. Мы не соревнуемся.
Кстати, в роддоме №2, где Дмитрий работал 10 лет, было много мужчин-гинекологов. И бывали смены, на которых дежурили 4 врача, все — мужчины. Случались иногда ситуации, когда поступали пациентки-мусульманки, требовавшие женщину-врача.
— Было пару раз, что мы вызывали специалиста из дома, — признаётся Дмитрий. – Такие случаи оговорены заранее с кем-то из живущих рядом сотрудниц. Но из-за обычных капризов никто доктора менять не будет. Сейчас я работаю в роддоме на базе 1-й больницы. И нас – акушеров-гинекологов мужского пола — всего двое.
«К сожалению, не всё зависит только от нас!»
За смену Дмитрий может принять около 20 родов. И хотя доктор шутит, что «столько таинств за раз — многовато», всегда искренне радуется, если всё прошло отлично.
— В нашей профессии результат ты видишь мгновенно. Родился, закричал, с мамой всё хорошо — вот это нас восхищает и радует безмерно. Это идеальные роды для акушера-гинеколога.
Бывает, женщины жалуются даже на прекрасные роды с точки зрения доктора. Но у медиков есть своя объективная мерка — шкала Апгар. И показатели 8/8, 8/9 — это маркеры того, что всё хорошо. Иногда показатели шкалы снижаются.
— Роды — это минное поле. Вроде ты знаешь дорожку, и, несмотря на это, каждые роды могут закончиться по-разному.
«Слушайте персонал и доверяйте ему, не теряйте голову!»
Минимизировать риски, по мнению Дмитрия Трофимчика, можно. Нужно постараться максимально расслабиться и слушать персонал. И настроиться на то, что все в родах стремятся помочь, а не наоборот.
— Мы учились специально, чтобы роды принимать, у нас есть опыт, мы столько видели, и мы, врачи, знаем, как и что должно протекать, а что уже — аномалия. Поэтому прошу всех — доверяйте! Сейчас возраст первородящих — 25-26 лет. И чем старше пациентка, тем больше в глазах понимания процесса, с ними очень легко работать. А самый сложный контингент — молодёжь 18-20 лет!
Иногда гинекологу приходится становиться в родзале психологом. Не всем удаётся справиться со стрессом и болью. Тогда роженицы и матом ругаются, и отказываются рожать. К этому доктор относится с пониманием. Уверяет, что со временем к подобному поведению привыкаешь, и сетует, что «зажатость и капризы» играют женщине не на пользу.
— Что мы делаем тогда? Да у нас же есть один очень большой плюс — роды это процесс, который идёт сам по себе, пациентка с этим ничего сделать не может. Никто беременным ещё не остался.
«История каждых родов – уникальна»
Случалось в практике Дмитрия и голос повысить, если видел, что до человека срочно нужно достучаться. Бывали случаи, когда доктору приходилось применять экстренные меры – наложение того же вакуум-экстрактора, чтобы спасти ребёнка.
Как признаётся Дмитрий, тогда всё делается быстро – фразы должны быть короткие и четкие, как команды.
— В таких ситуациях бессмысленно говорить тихим, ласковым голосом: «Танечка, пожалуйста, успокойтесь!» Танечка тебя просто уже не слышит, человек в болевом шоке, это физиология. Тут не до сантиментов. Счёт в этот момент идёт на секунды. И такое происходит практически на каждом дежурстве. А больше всего огорчает, когда нами роженицы пытаются руководить, начитавшись статей в интернете.
Улыбайтесь! Вас снимает скрытая камера!
Всегда присутствует в родзале и «незримый» адвокат акушера — видеокамера. Сейчас всё происходящее на родах записывается в режиме нон-стоп на специальные серверы, доступ к которым имеют лишь несколько сотрудников для служебного пользования. Запись ведётся для подтверждения правомерности всех действий медперсонала.
— В ответ на любую жалобу мы поднимаем видео, и обычно после этого все претензии снимаются. В видео пошагово, посекундно видно, что происходило, что сделано верно. И благодаря записи, ты всегда знаешь, что не один, что защищен.
Просят обезболить роды или сделать кесарево
Наиболее частая претензия белорусских рожениц к врачам сегодня – анестезия, якобы за границей ее делают всем.
Это процедура, которую назначает врач, объясняет Дмитрий Трофимчик. И хотя желание пациента в ряде случаев доктора учитывают, но исходят, в первую очередь, из медицинской необходимости.
— Сегодня все хотят «эпидуралку» или «спиналку». А их делают даже не акушеры-гинекологи, а анестезиологи. И зачастую те пациенты, которые заключают договор на платные роды, изначально просят включить им в счет обезболивание. А вдруг будут противопоказания? Например, околоплодные воды зелёные или жёлтые? В таком случае налицо признаки страдания плода, и обезболивать нельзя. Пациенты не могут оценить всю ситуацию и начинают возмущаться.
Также, по словам доктора, у обезболивания есть очень важный нюанс — временной фактор. Её нельзя сделать раньше или позже определённого момента.
— Например, после 7-8 см раскрытия анестезию делать бессмысленно и даже опасно. На этом этапе она уже будет «мешать» женщине рожать. Также не стоит забывать, что есть ещё и неонатологи, которые напоминают о ребёнке. Мы должны учитывать возможный вред и здоровью ребенка. Наш принцип — не навреди.
Также среди пациенток роддомов немало и тех, кто требует сделать экстренное кесарево, потому что «терпеть больше нет мочи».
Но тут доктора бессильны, объясняет Дмитрий Трофимчик, поскольку этот вопрос отрегулирован законодательно.
«Муж в родах — помощник! Берите!»
А вот идею модных сегодня партнёрских родов опытный врач поддерживает. По его мнению, это и для роженицы комфортно, и медперсоналу помогает в работе.
— Сердечко слушаем, что-то сбилось (реже стало, чаще, датчик съехал), кончилась капельница, что-то болит, потуживает… Отец выходит, зовёт кого-то из специалистов. На родах он дополнительный постовой для нас и дополнительный контроль для женщины.
Доктор также рассказал, что лишь половина пришедших на роды пап решаются войти в зал. И даже сам Дмитрий Трофимчик на собственных спонтанных партнерских родах за женой в родзал не пошел!
— Со второй дочкой жена была уже на очень позднем сроке, но не подавала никаких признаков приближающихся родов. И тут звонит: «Я еду!» Через 30 минут поступает ко мне в родзал. Вот такой опыт — я и врач, и отец. В ту ночь больше никто не рожал и у нас получились полноценные партнерские роды. Однако когда дело дошло до потуг, жена мне заявляет: «Ты в родзал не идёшь!» Остался за дверью. Принимала роды коллега. Но если честно, я и сам не рвался туда. Потому что по медицинским суевериям родных нельзя оперировать, лечить, роды принимать.
Кстати, миф о том, что мужчину может «отвернуть» от жены, если он будет присутствовать на родах, разбивается об опыт гинеколога. В его практике подобного не было никогда.
— Это миф, на мой взгляд. У меня очень много знакомых, бывших пациентов, которые рожали вместе. Никто и никогда не подходил с такой проблемой. Также считаю заблуждением, что страдания женщины в родах, которые увидит муж, могут как-то укрепить брак.
«Крайний срок ЭКО — 49 лет, но лучше родить до 35!»
Не рекомендует врач и затягивать с первыми родами. Конечно, современная медицина творит чудеса, но законодательно в Беларуси возможности того же ЭКО ограничены — процедуру можно делать женщинам до 49 лет включительно. Этот же возраст прописан и в рекомендациях ВОЗ.
— Но стоит оговориться: никто не гарантирует, что в 49 лет всё пройдёт успешно, — подчёркивает Дмитрий Трофимчик. ─ Поэтому у нас акушеры-гинекологи придерживаются другого срока наступления первой беременности – до 35 лет. И если в этом возрасте женщина ещё не рожала и даже не планирует, то могу прогнозировать, что дальше у неё будет не все гладко. При этом нужно помнить, что средний возраст наступления менопаузы у белорусок — 48-52 года.
Как объясняет гинеколог, после 35 лет у каждой женщины начинает снижаться резерв яичников.
— Мужчинам, как обычно, повезло. У них каждые 90-120 суток вырабатывается новая порция сперматозоидов, которые вполне себе и в 70 лет (теоретически) могут встретить на пути яйцеклетку. А у женщин, к сожалению, число яйцеклеток постоянно снижается. И качество их становится с каждым годом всё хуже.
Кроме того, доктор напоминает, что в человеческом организме каждую секунду происходит мутация и есть специальная система — иммунная, которая борется с этими процессами. С возрастом количество мутаций растёт, а иммунитет работает всё хуже. И могут развиваться серьёзные болезни. В том числе, и онкология. Поэтому снижается и качество хромосомного материала — сперматозоидов или яйцеклеток. И количество женских гормонов с возрастом падает.
«Эндометриоз — бич современной женщины!»
Ещё один бич современной белоруски — эндометриоз. Болезнь очень активизировалась за последние 25 лет.
— Бабушки-прабабушки беременели и рожали бесконечно. Месячные были раз в 2-3 года. Таким образом, организм женщины выполнял свою главную функцию, задуманную природой. Сейчас совсем не та ситуация. Возможно, не зря эндометриоз называют болезнью цивилизации. Это своеобразная плата женщины за то, что она рожает одного-двух детей, и потом становится директором фирмы, политиком, руководителем компании или «живет для себя».
По словам Дмитрия Трофимчика, лучший способ избежать эндометриоза — рождение ребёнка. Беременность, кормление грудью, двое-трое-четверо детей — гарантия того, что у женщины всё будет хорошо.
И напоследок доктор напоминает, что всегда лучше заниматься профилактикой, нежели лечением. Проходите осмотры у гинеколога ежегодно, если у вас постоянный сексуальный партнёр и нет проблем. Но при смене партнёра или при появлении жалоб нужно обратиться к врачу незамедлительно, чтобы исключить болезни и патологии.
Вероника Гришкова
Вам есть что рассказать? Пишите нам на editor@rebenok.by
Что это такое?
.jpg)
Однако, поскольку возможные причины остаются нам неизвестными, привычные лекарства, которые легко можно купить в любой аптеке не всегда помогают. Мы также не принимаем во внимание то, что разные боли следует по-разному лечить, не говоря уже о том, что есть много эффективных способов предотвратить боль.