Примерно пятая часть всех беременностей заканчивается гибелью малыша во время беременности или в первые месяцы после рождения.
ecologico.ru
15 октября — день памяти малышей, которые умерли в утробе матери или вскоре после рождения. Потеря ребенка — это ситуация, которая встречается, к сожалению, довольно часто.
Потеря затрагивает родителей, родственников, друзей. В то же время, это сложная, табуированная тема, о которой не принято говорить. Многие люди, пережившие потерю, понимают, насколько важно в этой сложной жизненной ситуации не остаться наедине со своим горем, иметь возможность высказаться и быть понятым, получить нужную информацию, поддержку и помощь.
Одна из возможностей справиться с потерей — рассказать свою историю с помощью слов и фотографий. В этот день мы бы хотели поделиться историей, которая создана в рамках проекта «Ціхае дзіця».
Идея фотопроекта — рассказать истории в память об ушедших малышах и помочь другим людям справиться с потерей. Фотографы проекта Анна Гертман и Татьяна Шульгевич ищут героев, готовых рассказать миру свою историю.
При необходимости гарантируется полная анонимность. Если вы хотите рассказать свою историю, пожалуйста, напишите нам по эл.адресу: info@stillbaby.by
Мой маленький ангел
…Это была счастливая и неожиданная беременность, куча приятных волнений, надежд и мечтаний. Только последние два месяца меня все больше охватывал страх, я связывала его с приближающимися родами.
Мы уехали рожать в Юрмалу, примерно за месяц до ПДР, там было холодно и непонятно… я заболела простудой, кашляла, волновалась… Но все шло хорошо, мы гуляли, ездили на море и ждали…
За двое суток ДО мне приснился сон… Мы плыли по черному океану с мужем, спасались от чего-то страшного… Попали на огромный корабль, где нас встретил охранник и сказал, что мы можем здесь отдохнуть, но должны будем скоро уйти, нас не должно быть здесь…
Потом мы лежали вдвоем на кровати в каюте (также, как лежали потом в роддоме после) и пришла моя умершая бабушка, взяла за руку, она радовалась за нас, за то, что посмотрела на нас и тому, что все у нас хорошо. Стаса во сне с нами не было. На следующий день мы пошли на узи и ктг, все было прекрасно… Шла сороковая неделя.
Через сутки начались схватки… Мы так радовались…
Но пошли зеленые воды, мы полетели в роддом… было поздно, его сердечко не билось, я помню, как плакал муж, как у меня началась истерика, как врач крикнула с ужасным акцентом: «Перестань».
Я помню глаза акушерки, в них было так мало жизни и так много смерти, помню, как мне сделали эпидуралку, как я рожала мертвого малыша и все еще надеялась, что услышу его крик… Но эта ужасная тишина.
Я помню, как рыдала врач, обняв меня за плечи, помню, как пришла акушерка в палату и сказала, что может показать нам его и что он очень красивый. Он и правда очень красивый малыш, вылитый муж и такой спокойный, и даже как будто улыбался… как это невыносимо… Здоровый, доношенный малыш, 3600… Я люблю тебя, мой ангел!!!
Точка, разделившая жизнь на до и после…моя история, история моей потери, вспоминая о которой становится невыносимо больно, больно физически, я чувствую это в своем теле, эту пустоту, которую ничем не могу заполнить, она болит, иногда под ребрами, так, что невозможно дышать, и только слезы немного снимают эту боль, она вырывается наружу и на какое-то время становится легче.
Мне часто говорят не плачь, не убивай себя… а я убиваю себя, когда пытаюсь сдержаться, тогда эта боль разрывает…и, если не плакать – тогда злиться, тогда я становлюсь агрессивной, очень злой и злость душит меня сильнее сдержанных слез. Или молча изнутри я распадаюсь на кровоточащие части.
Иногда болит там, где был мой сын, где он рос, развивался, шевелился, пинался ногами, там, где он еще был жив. Потом там был еще кто-то очень маленький, кого я определяю для себя как девочку, она была недолго, подарила немножко света, надежды и тоже ушла, быстро, не так отчаянно больно и страшно, но глубже и тоньше.
Сжигающее чувство ужаса, которое я испытала услышав, что сердце моего ребенка больше не бьется, невозможно передать ни с помощью текста, ни с помощью картинок. Пожар, расползающийся от сердца по венам, сжигающий все внутри дотла, и следом, заморозившая мою душу, ледяная лавина.
Я провалилась в другой мир. Из мира солнечных сказок, только что проглаженных распашонок, купленных заранее памперсов и набора для снятия слепков с ручек и ножек, в мир, где нужно рожать мертвого ребенка.
Нужно не потому, что я тоже могла умереть, нужно, потому что до последнего момента остается вера в то, что это ошибка и он будет жить.
И на следующий день, проснувшись после успокоительных и снов без сновидений, я чувствую, что он еще здесь, внутри меня, в моей матке, толкает меня ногой и, что все, что произошло и было сном.
Но я трогаю живот, он больше, чем обычно, но уже меньше, чем был вчера, он пустой, такой же, как моя душа. Трогаю и проваливаюсь снова в холод и мрак. Даже сейчас, через полтора года, мне иногда кажется, что все это приснилось. Моя беременность, роды, похороны и месяцы боли и бесконечного ужаса. И я хочу отпустить этот ужас и эту боль, и я знаю, что буду всегда помнить о своем первом сыне.
Возможно есть люди, которым это дается легче, и я всегда думаю о тех, кто переживает это лучше, чем я, принимает полностью, отпускает проще, забывает быстрее. Наверно, такие есть, так же как есть и такие как я, кто переживает это тяжелее, эмоциональнее, дольше, у каждого свой потенциал, и я прохожу это так как могу пройти здесь и сейчас: ни лучше, ни хуже…
Но, может, они спокойнее, не кидаются на людей, может, не громят квартиру, а, может, меньше кричат… Я хотела бы быть такой. Но я кричала, кидалась, била посуду, а иногда у меня были приступы, когда очень страшно, необъяснимо страшно, как будто кто-то в комнате есть кроме меня и он совсем рядом, и он не очень добрый.
И я не уверена, что смогла бы с ним подружиться. Еще думаю о тех, кому все равно, кто может оставить, отдать, выкинуть и даже убить… Их я совсем не понимаю, не могу понять.
Я не думаю, за что мне это. Думаю, зачем? Это помогает снять чувство вины, когда я начинаю вспоминать о том, что могла сделать не так. Я не верю в уроки и в наказывающего Бога.
Я говорю себе, что это опыт, опыт как выжить в такой период жизни и не сойти с ума. Был ли он мне нужен, я не знаю, но теперь он у меня точно есть. И я стала смелее, мудрее, сильнее…
И это всего лишь слова, определения, попытка хоть как-то уложить в голове то, что произошло. Теперь я знаю точно: никто не застрахован в этой жизни ни от чего, все что угодно может случиться с кем угодно.
И нет смысла пытаться этого избежать. Бояться, прятаться или искать способы, что-то предотвратить. Просто вперед, просто каждый день жить, рожать живых и здоровых детей, ценить то, что есть и помнить о тебе…
материал истории подготовила Анна Гертман
вступительный текст — Ольга Демидова
Пытались ли вы понять чувства мамы, потерявшей ребенка? Или от таких мыслей хочется закрыться словами «не дай Бог…»
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.png)
.png)
.png)
.png)
.png)
.png)
.png)
.png)
.png)
.png)
.png)
.png)
.png)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.png)